ГОРОДНИЦКИЙ А.

АТЛАНТЫ

Когда на сердце тяжесть и холодно в груди,
К ступеням Эрмитажа ты в сумерках приди.
Там без питья и хлеба, забытые в веках,
Атланты держат небо на каменных руках.

Держать его махину не мёд со стороны,
Напряжены их спины, колени сведены.
Их тяжкая работа важней иных работ,
Из них ослабни кто-то - и небо упадёт.

Во сне заплачут вдовы, повыгорят поля,
И встанет гриб лиловый, и кончится земля.
А небо год от года все давит тяжелей,
Дрожит оно от гула ракетных кораблей.

Стоят они, ребята, точёные тела,
Поставлены когда-то, а смена не пришла.
Их свет дневной не радует, им ночью не до сна.
Их красоту снарядами уродует война.

Стоят они навеки, упёрши лбы в беду,
Не боги, человеки, привыкшие к труду.
И жить еще надежде, до той поры пока
Атланты небо держат на каменных руках.


ПЕРЕКАТЫ

Всё перекаты, да перекаты,
Послать бы их по адресу.
На это место уж нету карты,
Идем вперед по абрису.
На это место уж нету карты
Идем вперед по абрису.

А где то бабы живут на свете,
Сидят друзья за водкою,
Владеют камни, владеет ветер
Моей дырявой лодкою.
Владеют камни, владеет ветер
Моей дырявой лодкою.

К большой реке я сегодня выйду,
А завтра лето кончится,
И показать я не должен вида,
Что умирать не хочется.
И показать я не должен вида,
Что умирать не хочется,

А если есть там с тобою кто-то,
Не стоит долго мучится.
Люблю тебя я до поворота,
А дальше как получится.
Люблю тебя я до поворота,
А дальше как получится.

Все перекаты, да перекаты,
Послать бы их по адресу.
На это место уж нету карты,
Идем вперед по абрису.
На это место уж нету карты,
Идем вперед по абрису.


КРАСНЫЕ ГРИБОЧКИ

Есть у нас в лесочке красные грибочки,
А на тех грибочках беленькие точки.
Соберем в карзинку и пожарим в масле:
Угостим соседку - кушай тетя Тася.

Тетя Тася съест и скажет нам спасибо,
А наутро в десять вызовем такси мы,
С красными крестами и с сиреной мощной,
Видно, тете Тасе плохо станет ночью.

Отвезут в больницу, только зря стараться,
Не к чему возится, тут и так все ясно.
Ветер гонит тучи, на дворе ненастье,
Умерла старушка, жалко тетю Тасю.

Комната осталась, фикусы и пальмы,
Чтоб не пропадала - заберём на память.
Комната большая ни к чему ей будет,
Мы сломаем двери, заживем как люди.

В ЖЭКе возмутятся: "Что еще за номер?
Рано вам вселятся, мало-ли кто помер".
Вселят тетю Веру с матерью и дочкой,
Но в лесу, наверно, есть ещё грибочки.


РАЗНОЦВЕТНАЯ МОСКВА
(ст. Л.Филатова)

У окна стою я как у холста,
Ах, какая за окном красота!
Видно кто-то перепутал цвета,
И Тишинку и Манеж, и Тишинку и Манеж.

Над Москвой встаёт зелёный восход,
По мосту идёт оранжевый кот,
И лотошник у метро продаёт
Апельсины цвета беж, апельсины цвета беж.

А в троллейбусе синеет окно,
Пассажиры как цветное кино,
Мне, товарищи, ужасно смешно
Наблюдать в окошки мир, наблюдать в окошки мир.

А этот негр из далёкой страны,
Он так стесняется своей белизны,
И рубают рядом с ним пацаны
Фиолетовый пломбир, фиолетовый пломбир.

И качает головой постовой,
Он сегодня огорошен Москвой,
Ничего он не поймёт сам не свой,
Словно рыба на мели, словно рыба на мели.

А я по улице иду как хочу,
Мне любые чудеса по плечу,
Фонари свисают: ешь - не хочу,
Как бананы в Сомали, как бананы в Сомали.


ПАРУСА "КРУЗЕНШТЕРНА"

Dm A7 Dm A7
Расправлены вымпелы гордо,
Dm C7 F7+
Не жди меня скоро, жена!
Gm A7 Dm A#7
Опять закипает у борта
Gm A7 Dm
Крутого посола волна.
Dm A7 Dm A7
Под северным солнцем неверным,
Dm C7 F7+
Под южных небес синевой,
Gm A7 Dm A#7
Всегда Паруса "Крузенштерна"
Gm A7 Dm
Шумят над моей головой.

И дома, порою ночною,
Лишь только открою окно,
Опять на ветру, надо мною,
Тугое поет полотно.
И тесны домашние стены,
И душен домашний покой,
Когда Паруса "Крузенштерна"
Шумят над моей головой.

Пусть чаек слепящие вспышки
Горят надо мной в вышине,
Мальчишки, Мальчишки, Мальчишки
Пусть вечно завидуют мне.
И старость отступит, наверно,
Не властна она надо мной,
Пока Паруса "Крузенштерна"
Шумят над моей головой.